Павел Павлович Сильченков
Родился Павел Павлович Сильченков 19 августа 1926 года в деревне Сусловка Самсоновского сельского совета Краснинского района Смоленской области в большой крестьянской семье.
В 1935 году родители переехали в поселок Красный и стали работать в колхозе «Коммунар». Мать, Агафья Аристарховна, была большой труженицей. Отец, Павел Епифанович, работал не покладая рук. Зимой Павел ходил в школу, а летом помогал отцу пасти колхозных лошадей. В 11-12 лет Павел зарабатывал в колхозе до ста трудодней. Трудное было детство, но веселое. В школе был активистом-пионером, участвовал в работе разных кружков. Приобщился к духовной музыке, играл на альте при Доме культуры. Перед войной Павел закончил 7 классов. В то роковое воскресное утро возвращался из фотоателье, где снялся на память - и известие о войне.
12 июля 1941 года попал под первую бомбежку. В тот день на Красный было сброшено несколько бомб. Юный Павел Сильченков побежал от центра к речке прятаться от бомб. А сюда они как раз и упали. В то время мимо бежал какой-то солдат-красноармеец. Схватил парнишку в охапку, свалил под берег, и сам поверх лег. Обоих засыпало землей от взрыва.
14 июля в Красный вошли немцы. Группа краснинских подростков-сверстников объединилась и как могла, так и боролась с оккупантами: распространяли листовки, держали связь с партизанами через одноклассника Василия Силяева. Был такой случай: Павел Сильченков случайно услышал от немцев, что в апреле будет ликвидировано еврейское гетто в Красном (находилось оно на теперешней улице Советской, человек 30-40 еврейской национальности). Павел предупредил об этом через ребят. Несколько еврейских семей успели скрыться.
После освобождения Краснинского района от немецко- фашистских захватчиков Павел Сильченков вместе с другими сверстниками восстанавливал Краснинскую среднюю школу. Занимались ремонтными работами. У кого глобус сохранился, у кого географическая карта… Все несли в школу. На бюро райкома комсомола Павла избрали секретарем комсомольской организации школы.
Боец Красной армии
26 марта 1944 года в возрасте неполных 18 лет был призван в Красную Армию. До августа 1944 года учился в запасной дивизии лагеря «Бершет» в Пермской области, затем был направлен на 3 Белорусский фронт в качестве рядового бойца взвода противотанковых ружей. В составе 293 Гвардейского стрелкового полка 96 стрелковой дивизии 28 Гвардейской армии с боями прошел путь от Бреста до Кенигсберга.
«Батальон, - вспоминает Павел Павлович, - первый вступил на землю Германии. Здесь шли ожесточенные бои за хорошо укрепленные оборонительные линии противника в районе прусских городов Шталлупенен, Гумбинеи, Истербург. Фашисты называли эту линию «фатерлянд» - Отечество. Батальон участвовал в бою со «смертниками». Бой был отвлекающим, много полегло солдат и офицеров, от батальона осталось 25 человек». За участие в том прорыве Павла Сильченкова приказом № 30/н от 29 октября 1944 года наградили медалью «За отвагу». Вот строки из приказа: «Наградить медалью «За отвагу» наводчика противотанковых ружей 3 стрелкового батальона – гвардии красноармейца Сильченкова Павла Павловича за то, что он в бою 23 октября 1944 года за овладение городом Шталлупенен (Восточная Пруссия) огнем противотанкового ружья уничтожил пулеметную точку противника, чем способствовал продвижению нашей пехоте и овладению городом».
Сентябрь 1944 года. Непрерывные наступления, тяжелейшие бои с отборными частями фашистского вермахта. Павел Сильченков был дважды контужен и получил легкое ранение.
О последних месяцах войны Павел Павлович Сильченков вспоминал не один раз: «Новый, 1945 год, наш третий Гвардейский батальон встречал во втором эшелоне 96 дивизии 28 Гвардейской Армии в Восточной Пруссии. Через несколько дней после нового года, во дворе немецкого дома, солдат и офицеров батальона построили, после чего замполит батальона объявил, что мы следуем ночью на передовую линию фронта для того, чтобы громить фашистов в их собственном логове. Под покровом ночи, по ходам сообщения, мы вышли на передовую.
На рассвете тот же замполит батальона и офицер полка – тоже политработник, воодушевили нас перед наступлением на позиции врага. Вскоре «Катюша» пропела свою «серенаду», и началась полуторачасовая артиллерийская подготовка. Саперы указали нам безопасный путь от вражеских мин. Артиллерия перенесла огонь на запасные траншеи противника, и наш батальон с криками «Ура!» бросился в атаку. Передовая позиция врага была вся вспахана снарядами и минами, кое-где валялись трупы солдат и офицеров противника. Оставшиеся в живых немцы убежали в глубь Пруссии, где стали оказывать нам яростное сопротивление. Они до последнего сражались за каждый хутор, за каждый населенный пункт. В поселках и хуторах не было ни одного жителя. Животных немцы не успели угнать, и они, голодные, мычали и блеяли, а некоторые из них попадали в котлы солдатских кухонь. Примерно через неделю после начала нашего наступления мы выбили немцев из какой-то деревни и расположились на западной ее окраине в окопах и блиндажах противника. Во второй половине дня немцы решили перейти в контрнаступление, чтобы занять господствующую высоту и выбить наш батальон из деревни.
Наш взвод истребителей танков приготовился к бою. Немецкие танки числом в 10-12 единиц двигались на нас по ржаному полю. Около батальона солдат шли в наступление цепью, следом за танками. Изредка танки противника постреливали в нашу сторону. Я и мои товарищи подумали, что предстоит горячий бой. Но сражения не получилось. Молчали наши пушки 76 калибра, которые сзади нас расположились плотным строем, а их дула буквально свисали над нашими траншеями. Победу у нас перехватили летчики штурмовой авиации. Наши прославленные «Илы» начали слева и справа штурмовать танки и пехоту противника, реактивные снаряды расстреливали танки, а пехоту поливали огнем из пулеметов. Вскоре большинство танков запылали, остатки солдат пехоты бросились на исходные позиции. Наши соседи из 5 Гвардейской Армии, наступавшие правее нашего батальона, добили остатки противника и уничтожили огнем артиллерии все их танки.
Наш батальон до следующего дня должен был оставаться на занятом рубеже. Мой взвод истребителей танков расположился в окопах. Попеременно, сменяя друг друга, солдаты ходили в немецкий блиндаж обогреваться. Вечером принимали горячую пищу и чарку «наркомовской» водки.
Вечером наступила моя очередь отдыхать. Я улегся на первом этаже блиндажа и тут же уснул. Меня разбудил лейтенант нашего отделения, грубо сказав: «Сильченков, убирайся наверх, а я лягу на твое место». В блиндаже было три яруса полок, подобно их расположению в пассажирском купе вагона, и я, чертыхаясь, полез на третий этаж. Очнулся от крика и стона раненых, порохового дыма и боли в ноге. Я успел прыгнуть на землю и тут же потерял сознание. Очнулся в санчасти полка. Санитар проводил меня на перевязку. По пути я увидел труп моего командира, занявшего в блиндаже мое место. Ему оторвало обе ноги, и он не выдержал операции. Что же случилось в блиндаже? Обыкновенное разгильдяйство, которое нередко приводит к трагедии в мирное время и на войне. Солдат-пулеметчик нанизал на поясной ремень гранаты лимонки и в таком виде стал пробираться в блиндаж, переполненный солдатами и офицерами. Кольцо гранаты вырвало предохранитель из гранаты и на куски разнесло тело солдата, осколками поразило окружающих воинов, убив и ранив многих из них.
Вскоре я поправился от контузии и легкого ранения. Вернулся в свой батальон.
Тяжелое ранение Павел Сильченков получил при взятии Кенигсберга в феврале 1945 года. Находился на лечении в госпитале в глубоком тылу.
Ногу на операционном столе исполосовали, но не ампутировали. Ее упаковали в гипс, и меня отправили в тыловой госпиталь. Поезд медленно шел через Восточную Пруссию, Литву, через Псковскую и Смоленскую области, Москву и до города Орска Оренбургской области.
Второго мая я был в Москве, поезд стоял на запасных путях. В этот день раненые узнали, что пал Берлин. Я не знал, что в этот день погиб на фронте мой старший брат».
Приказом № 010/н от 4 марта 1945 года гвардии красноармеец Сильченков Павел Павлович, стрелок 293 Гвардейского стрелкового Краснознаменного полка 96 Гвардейской стрелковой Иловайской ордена Ленина Краснознаменной дивизии, награжден орденом Славы III степени.
В мирное время
День Победы Павел Павлович встретил в госпитале в городе Орске. До обеда ликовал, а потом, еле сдерживая слезы, ушел куда глаза глядят. В обед получил письмо из Красного от сестры Анны Павловны Уксусниковой. Сестра узнала и теперь сообщала Павлу, когда погибли их братья: Федор и Володя – в феврале 1945 года, Дмитрий - 2 мая 1945 года.
В конце июня 1945 года был демобилизован из армии в городе Орске Оренбургской области. После демобилизации инвалидом второй группы вернулся в Красный в июле 1945 года.
С 1 сентября 1945 года Павел Сильченков продолжил учебу в 10 классе Краснинской средней школы. Комсомольцы избрали его секретарем комсомольской организации. 10 класс окончил в 1946 году, освоив программу двух учебных лет, поскольку до призыва в армию освоил программу неполных трех четвертей с перерывами на допризывную подготовку в декабре 1943 года.
В августе 1946 года он был зачислен студентом юридического факультета Ленинградского государственного университета. В 1951 году окончил университет, после чего работал в прокуратуре и старшим юрисконсультом организации Министерства черной металлургии СССР. В 1958 году был избран судьей Ленинградского городского суда, где работал до 1986 года, после чего ушел в отставку.
За успехи в работе награжден нагрудным знаком Министерства юстиции СССР и медалью «Ветеран труда».
Указом Министра обороны СССР от 6 апреля 1985 года Павел Павлович Сильченков награжден орденом Отечественной войны I степени.
Подготовила Елена Новикова
